МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ ФОНД
СОДЕЙСТВИЯ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ
БЕЗОПАСНОСТИ

Иностранные спецслужбы

ЧТО ТВОРИЛОСЬ НА МАНЕЖНОЙ ПЛОЩАДИ ПРИ ЕЛЬЦИНИЗМЕ
22.01.2021 · Факты и события

 ЧТО ТВОРИЛОСЬ НА МАНЕЖНОЙ ПЛОЩАДИ ПРИ ЕЛЬЦИНИЗМЕ

 ИЛИ как прогибали власть

4 февраля 1990 года на Манежной площади состоялся самый массовый митинг протеста за всю историю советской власти, собравший до 300 тыс. человек. Главным их требованием стала отмена ст. 6 Конституции СССР о руководящей роли КПСС.

14 января 1991 года на Манежной площади прошел митинг протеста под лозунгом "Не допустим оккупации Литвы!". По разным данным, акция собрала от 100 тыс. до 500 тыс. человек.

19-22 августа 1991 года на Манежной площади, у Белого дома и у здания Моссовета ежедневно собиралось более 200 тыс. противников ГКЧП.

3 и 4 октября 1993 года сторонники президента Бориса Ельцина и защитники Верховного совета собрали на улицах Москвы не менее 300 тыс. человек. Акции проходили у Белого дома, у телецентра "Останкино" и здания столичной мэрии. 

30 лет со дня крупнейшего митинга в истории СССР



30 лет тому назад, 4 февраля 1990 года от 300 тысяч до полумиллиона москвичей вышли на площадь 50-летия Октября (ныне Манежная) с требованием отменить 6-ю статью брежневской Конституции, закрепляющую "руководящую роль КПСС".






Согласно опросам общественного мнения, политическое требование об отмене монополии КПСС на власть к тому времени поддерживало уже больше половины населения страны, а в Москве и Ленинграде эта цифра составляла 70%. Кризис доверия народа Компартии усугублялся межнациональными конфликтами в республиках Союза, пустыми прилавками магазинов и огромными очередями. Как отмечал ВЦИОМ, именно тогда наблюдался настоящий бум прозападных настроений (32% населения страны называли образцом для подражания США).

Поводом к демонстрации стала конфронтация в ЦК КПСС: консервативное крыло Политбюро (Егор Лигачев, Анатолий Лукьянов и другие) активно выступали против реформ, а генсек Михаил Горбачев заявил, что уйдет в отставку, если партия не одобрит его курс на обновление. Москвичи решили поддержать Горбачева демонстрацией. Никто не ожидал такого скопления народа.

Демонстрация собрала приверженцев самых разных политических течений — от христианских демократов до анархистов. На поддержание порядка были брошены тысячи милиционеров, но обошлось без происшествий.
В центре Москвы до 300 тыс. человек прошли от Крымского моста по Садовому кольцу и улице Горького (ныне — Тверская) к площади 50-летия Октября (Манежная), где и состоялся митинг. Главным требованием протестующих стала отмена шестой статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС.



Внушительная колонна прошла по части Садового кольца и улице Горького (ныне Тверская). Демонстранты несли бело-сине-красные флаги, которые в то время были в новинку.



Среди демократических лозунгов: «Вся власть народу!»; «Долой политическую полицию!»; «С кем Вы, Михаил Сергеевич?»; «Русские не хотят никаких погромов!»; «Помни, "Память", взявший меч от меча и погибнет!». Особенно много было небольших плакатов, на которых только перечеркнутая цифра «6» — это означало «Долой 6‑ю статью Конституции СССР».





Под этими флагами и транспарантами шли Межрегиональная депутатская группа Съезда народных депутатов СССР, движение «Демократическая Россия», Московское объединение избирателей, демократическое объединение «Московский народный фронт» и «Мемориал», социал-демократы, множество других организаций, а также просто граждане, присоединившиеся по дороге. Численность участников наглядно показала, что идеи демократии стали достоянием действительно широких слоев населения.



Митинг прошел на Манежной площади. Выступавшие демократические лидеры, публицисты говорили о необходимости серьезных перемен. На митинге выступило около 30 человек: народные депутаты СССР, московские кандидаты в депутаты, представители общественности, в том числе: Юрий Афанасьев, Евгений Евтушенко, Тельман Гдлян, Галина Старовойтова, Глеб Якунин, Андрей Исаев, Олег Румянцев, Владимир Лысенко. Среди ораторов — будущий первый президент РФ Борис Ельцин.
Участники митинга приняли три резолюции: обращенную к Пленуму ЦК КПСС, о положении в Закавказье и общую ‑ о необходимости скорейших и решительных демократических преобразований в стране. Ораторы призывали голосовать на выборах депутатов РСФСР за кандидатов предвыборного блока "Демократическая Россия".



7 февраля состоялся расширенный пленум ЦК КПСС, на котором было решено отказаться от руководящей роли КПСС, установить многопартийную систему и ввести пост президента СССР. Месяц спустя, в марте 1990 года, на III съезде народных депутатов 6‑я статья Конституции была отменена.



Так выглядела настоящая гражданская мобилизация и подлинный запрос на поправки в Конституцию.
Почему с годами всё угасло, народ ворчит по кухням, а на митинги выходят лишь с десяток фриков и хипстеров, которых волнуют в основном права геев? И в СМИ, в соцсетях льётся пропаганда о том, «как хорошо было в СССР». Если в СССР было так хорошо, то что же народ тогда выходил такими толпами на митинги протеста против власти КПСС?




  • 4 февраля 1990-го: как прогибали власть

    03.02.2012 | Мостовщиков Егор | № 03 (231) от 30 января 2012 года


    06_180.jpg
     Проход на Красную площадь
     был перекрыт. Сейчас
     на этом месте стоят
     Иверские ворота


    4 февраля 1990 года в самом центре Москвы более 300 тыс. человек прошли от Крымского моста по Садовому кольцу и улице Горького к площади 50-летия Октября — ныне Манежная. Требования отмены монополии одной партии, тогда это была КПСС, звучали прямо у стен Кремля. Как организовывали это шествие, с кем согласовывали и как собирали людей в эпоху, когда не было мобильных телефонов и интернета, — очевидцев расспрашивал The New Times


    «Задача нашего митинга — объединение. Объединить все честные силы, сложить все демократические организации в единый антибюрократический фронт», — говорил с грузовика-трибуны, стоявшего прямо под колоннами гостиницы «Москва», Гавриил Попов, сопредседатель Межрегиональной депутатской группы (МДГ), будущий первый мэр Москвы. Вся площадь, еще не перестроенная в торговый центр «Охотный Ряд», начало Тверской улицы (тогда — улица Горького), Моховая (тогда — проспект Маркса) и Александровский сад — все вокруг было заполнено плотно стоящими друг к другу людьми. На дворе 4 февраля, плюсовая температура, но все в теплых меховых шапках и шарфах. Два часа шествия от нынешнего ЦДХ через Крымский мост по Садовому кольцу через площадь Маяковского (ныне Триумфальная), 7 км пути, еще два часа митинга. По словам милиции, собралось порядка 300 тыс. человек, по словам организаторов — более полумиллиона. Толпа с готовностью подхватывала лозунги, подбадривала ораторов — Бориса Ельцина, Юрия Афанасьева, Тельмана Гдляна, Глеба Якунина, Евгения Евтушенко… Лозунги: демократизация общественной жизни, новая избирательная система, принятие демократического закона о печати, заключение нового Союзного договора, а главное — отмена 6-й статьи Конституции о ведущей и направляющей роли КПСС.

    Переговоры

    Митинг-демонстрацию, как его назвали участники, организовывали Межрегиональная депутатская группа Съезда народных депутатов СССР, набиравшее силу движение «Демократическая Россия», Московское объединение избирателей (приближались выборы народных депутатов РСФСР), демократическое объединение «Московский народный фронт» и «Мемориал». В те годы митинги были еще «разрешительными», а не «уведомительными». Трое членов оргкомитета — Михаил Шнейдер (будущий помощник будущего мэра Попова и председатель оргсовета «Демократической России») в компании Льва Шемаева (один из активных сторонников опального в то время Бориса Ельцина) и Александра Музыкантского (нынешний московский омбудсмен) отнесли заявку на митинг в Мосгорисполком, исполнительный орган Моссовета. В заявке было указано 150 тыс. участников и описан маршрут шествия.

    После подачи заявки организаторов пригласили на встречу и началось согласование — три человека от правительства и милиции и все восемь членов оргкомитета. Мосгорисполком даже не предлагал менять маршрут и дату. «Мы были такие крутые, и мы знали это, поэтому речь шла не о том, чтобы разрешить или не разрешить шествие, а о том, как обеспечить его безопасность», — вспоминает Шнейдер.

    По словам Виталия Челышева, ныне секретаря Союза журналистов, а в 1990 году — народного депутата СССР и члена МДГ, в митинге был заинтересован тогда еще генеральный секретарь ЦК КПСС (президентом СССР он станет только в марте того же года) Михаил Горбачев: «Активность демократов помогала Михаилу Сергеевичу бороться с консерваторами в ЦК. Идея многопартийности нуждалась в поддержке снизу, Горбачев этого хотел. Вместе с тем после этого митинга власти насторожились, поскольку стали отчетливо видны симпатии москвичей к «ДемРоссии» и Ельцину, при тогдашней гласности это могло повлиять на исход выборов». КГБ СССР — самый сильный институт последних лет советской власти — в историю с митингом, как ни странно, не вмешивался: «У КГБ в то время возникли собственные интересы, часть силовых структур тогда занималась курьерской работой по вывозу валюты за границу», — объясняет Челышев.

    Организаторов спрашивали: что вы будете делать, если в толпу кинут бомбу? А если будет драка? А если будут предлагать брать Кремль? На это организаторы отвечали, что они совершенно точно не планируют делать ничего подобного, потому что «мы законопослушные люди и чтим Конституцию». «Главным нашим аргументом был Горбачев: в объявленных им реформах каждый искал то, что ему было выгодно. Нам было выгодно педалировать демократическую риторику и говорить переговорщикам: как? вы что, против Горбачева и его реформ, против демократизации? А чиновникам нечем было это крыть — не могут же они сказать, что они против Горбачева, верно?» — рассказывает Шнейдер. Разрешение было дано в середине января. Неубиваемый аргумент — даже если митинг запретят, он все равно случится, потому что о нем уже знает вся Москва.
    06_490_03.jpg
    Евгений Евтушенко, Юрий Афанасьев и Борис Ельцин выступают на митинге

    Сеть

    В 1990 году не было интернета и Facebook, поэтому всем желающим собрать толпу приходилось тщательно продумывать пропагандистскую логистику. Знакомые активистов и организаторов тайком печатали листовки на работе, в институтах и академиях на копировальной технике. «Тогда шел демократический процесс, и работники первых отделов (откомандированные на предприятия сотрудники КГБ. — The New Times), до 1987–1989 годов строго контролировавшие доступ к ксероксам, стали сквозь пальцы смотреть на это», — объясняет Шнейдер. Помогали организаторам и владельцы типографий: «Они работали на власть, но не были заинтересованы в ней, поэтому ночами печатали и нарезали все листовки бесплатно. Мы таким образом сделали миллион листовок».

    У оргкомитета было несколько десятков тысяч волонтеров. На встрече с активистами Московского объединения избирателей собралось 1000 активистов. После выступления Ельцина и Попова всем раздали по пачке из 500 листовок: формат А4 — для подъездов, А5 — для остановок общественного транспорта, а «четвертушки» — для раздачи из рук в руки. Протестующие использовали систему «пятерок», напоминающую схему типичной финансовой пирамиды: у каждого активиста — пять волонтеров, а у каждого из них — свои пять.

    Таким образом Москва узнала о митинге буквально за двое-трое суток.

    06_490_01.jpg
    Участники шествия проходят по Крымскому мосту

    Шествие

    Встреча была назначена на 12 часов дня у ЦДХ, час на сбор и — в путь. Само шествие Шнейдер сравнивает с броском 10 декабря от площади Революции до Болотной, только без кордонов и милиционеров через каждые три метра. Никаких «креативных» сходок и планерок у оргкомитета не было: «Каждый митинг сам по себе был увлекательным событием, и нам даже в голову не приходило устраивать развлекательные мероприятия».

    У митингующих была собственная, как они это называют, «служба безопасности»: по обоим флангам шествия люди двигались, взявшись за руки, и следили за порядком. В задачу Шнейдера, в частности, входил контроль за движением колонны. Самое тяжелое, по его словам, было зайти на улицу Горького: там дорога сужалась и приходилось бегать с мегафоном и распределять людей так, чтобы они не задавили друг друга. На площадь 50-летия Октября, то есть на нынешнюю Манежную, заходили по спирали — обходили всю площадь с правой стороны и по окружности двигались к ее центру, в результате площадь целиком заполнилась.

    Шнейдер утверждает, что собралось почти в два раза больше официальных 300 тыс. человек. Арифметика следующая: «Засекаешь минуту и смотришь, сколько за это время пройдет шеренг людей. В одной шеренге — примерно 50 человек. За минуту прошло 30 шеренг — 1500 человек. Протяженность шествия — час».
    06_490_02.jpg
    Митинг только собирается — из грузовика скоро сделают трибуну для выступлений

    Безопасность

    «Наше управление тогда усилило охрану на своих объектах, — рассказывает генерал-майор ФСБ в отставке Алексей Кондауров, бывший в то время сотрудником 9-го управления КГБ (ныне Федеральная служба охраны). — Было усиление охраны периметра Кремля и Красной площади, но без ввода каких-либо войск — за счет увеличения наряда, а также усилена охрана на спецобъектах — дачах. Милиция тогда со своими задачами по поддержанию порядка и обеспечению безопасности справилась отлично. Этот порядок обеспечивался и силами милиции, и силами митингующих, которые сотрудничали друг с другом. Даже травм ни у кого не было. Шествие 4 февраля 1990 года — образцовое с точки зрения обеспечения безопасности. К этому нужно и сейчас стремиться — Ходынку мы один раз уже пережили». «Я не помню ни одного инцидента на том митинге», — подтверждает Валерий Хомяков, генеральный директор Совета по национальной стратегии, в 90-м году входивший в координационный совет «Демократической России».

    «До митинга в марте 1991 года никаких особых средств и техники для работы на митингах у милиции не было, — утверждает Аркадий Мурашов, один из активистов «ДемРоссии», участник шествия, а после августовского путча, с осени 1991-го по 1993-й, начальник ГУВД Москвы. — В марте 91-го, когда была многотысячная демонстрация, нас обвинили в том, что мы будем штурмовать Кремль. Но в 90-м милиция участвовала минимально, ее не было даже заметно, да и не было необходимости: никому в голову не могло прийти, что надо чего-то опасаться. Проблемы с митингующими начались уже после 91-го, когда стали собираться коммуняки, которые были очень агрессивны. Я тогда столкнулся с тем, что сотрудники милиции были совсем не подготовлены к этому, потому что раньше им просто не приходилось с этим сталкиваться». «Милиция стояла по краям тротуара и не вмешивалась. На Пушке были водометы, но не было этих жутких рядов милиции в специальной экипировке, не было автозаков — по крайней мере, их не было видно», — добавляет Челышев.
     

    Организаторов спрашивали: что вы будете делать, если в толпу кинут бомбу? А если будет драка? А если будут предлагать брать Кремль?    


     

    Результаты

    «Это был первый такой большой митинг в центре города — раньше они проходили только в Лужниках. Толпа была разношерстная, в основном демократическая, но были и монархисты, анархисты, христианские демократы. Только ярых националистов не было, я помню лозунги против пресловутого националистического общества «Память», — рассказывает Виталий Челышев. — Я вспоминаю людей, которые стояли на всем пути на тротуарах, — самые разные, многие с детьми, много стариков, причем в глазах у пожилых было: неужели это случилось? Никто не препятствовал движению, никто не мешал присоединяться к шествию, и колонны по ходу росли».

    Через три дня после митинга, 7 февраля, расширенный пленум ЦК КПСС принял решение отменить 6-ю статью Конституции и разрешил многопартийность. Никогда после власть так оперативно не реагировала на требования «улицы».

    «Мы не шли тогда против власти. Мы не ощущали себя оппозицией — мы считали оппозицией часть истеблишмента, лигачевцев* * Егор Лигачев, член Политбюро ЦК КПСС, считавшийся лидером консервативных сил. и других. Это был митинг за перемены и за реформы, объявленные демократической частью партии, — считает Михаил Шнейдер, который нынче принимает активное участие в организации шествия 4 февраля 2012 года. — А теперь против нас стоит государственная машина. Сейчас задача сложнее. Тогда у нас были союзники во власти. Сейчас мы одни».

    Спустя три недели после первого митинга состоялся второй — 25 февраля 1990-го, такой же по массовости и лозунгам, но он фактически был предвыборный: 4 марта должны были состояться выборы народных депутатов РСФСР. И его уже, в отличие от 4 февраля, власти сильно испугались, вспоминает Виталий Челышев: «Они пытались запугать людей через прессу — ответственностью, плохой погодой, возможными провокациями, — и уже было очень много милиции, много машин, водометы уже не прятали. Мы со Львом Пономаревым бегали с мегафоном и предупреждали, чтобы не слушали провокаторов, которые звали идти на Красную площадь и Кремль».

    «Вопреки распространенному мнению, тогда людьми двигал не желудок. Был недостаток информации, люди хотели видеть Ельцина, люди хотели видеть своих лидеров, людей волновало происходящее в стране, — говорит Валерий Хомяков. — Я помню ощущение солидарности — все эти люди, стоящие рядом, твои родные, братья твои. Когда я увидел толпу на Болотной, испытал его снова — нет чужих. Все свои».


    06_100.jpg

    «Надо знать умонастроения человека в погонах». Это особенно важно в час, когда общество пробуждается от сна, считает один из организаторов знаменитого милицейского митинга в Ленинграде в 1989 году, впоследствии народный депутат России Николай Аржанников

    Кначалу 90-х прошло резкое размежевание между властью и народом. Народ выходил на улицы, а та самая милиция, которую до этого власти использовали для наведения порядка, вдруг почувствовала, что она — тоже народ, а вот те, что сидят в высоких кабинетах, чужие. Напуганные митинговой активностью, они постоянно держали милицию «в засаде». Милиционерам говорили, что там экстремисты и надо быть готовыми к любым действиям. Но такой готовности у милиции к тому времени уже не было.

    В преддверии событий 4 февраля 2012-го опасения по поводу того, как поведет себя полиция, основаны не только на том, отдаст власть приказ на силовые действия или не отдаст. Важнее другое — неизвестна степень готовности полиции применить силу в отношении митингующих. Внутри силовой системы анализ умонастроений не проводится. Чтобы их узнать, надо разговаривать с людьми, которым в какой-то момент гипотетически может быть приказано взять в руки дубинки, а то и, не дай бог, саперные лопатки, как в Тбилиси 9 апреля 1989 года. Кстати, по случайному совпадению наш несанкционированный митинг с требованием демократических перемен в системе МВД состоялся в один день с теми трагическими событиями.

    Как обществу узнать о настроениях внутри правоохранительной системы? Социологи туда не ходят. Понятно, что достоверность исследований внутри военизированной системы, где все подчиняются дисциплине, априори гораздо меньше, чем в любой другой. Но ведь и попыток выяснения картины нет — даже анонимный опрос сотрудников силовых структур в соцсетях не проводится.

    Понятно, что за последнее десятилетие милиция сильно деградировала. Евсюков и «жемчужный прапорщик» — штрихи к одному и тому же безобразному портрету. Структура больна, но это не означает, что у людей, которые работают сейчас в полиции, нет никаких убеждений или собственного отношения к событиям в стране. У любого человека есть представление о справедливости. Отношение к персоналиям на политическом олимпе в принципе вторично. А важно вот что: поддержат товарищи или осудят. Знать, какие умонастроения внутри системы доминируют, нужно еще и для того, чтобы избежать крови, если заведомо известно, что «будут мочить». На паровоз, если под паровозом понимать силовиков и военных, обычно с вилами не бросаются.

    Правильно подсчитать результаты выборов — задача важная и совершенно необходимая. Но не менее важно правильно «посчитать» настроения в обществе. И особенно — среди людей в погонах.

    Записала Адель Калиниченко
  • ИТОГ: ЭТИ "ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ МИТИНГИ" ОРГАНИЗОВЫВАЛИ  ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПНИКИ - ЕЛЬЦИН, ПОПОВ, ЛУЖКОВ, СОБЧАК, АФАНАСЬЕ И ДРУГИЕ РУКОВОДИТЕЛИ ПЯТОЙ КОЛОННЫ, ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ЗАПАДНЫХ СПЕЦСЛУЖБ, И ПРЕЖДЕ ВСЕГО США. А ИТОГИ ВЫ ВИДИТЕ СЕГОДНЯ, ТАЖЕ "ПЕСНЯ" ....  
dle
Комментарии 0