«Бильдербергеры — из Стокгольма в Вашингтон

26.04.2026 · Военные угрозы и провокации

«Бильдербергеры — из Стокгольма в Вашингтон (1):

Те же лица, новая повестка
Вашингтон, 9–12 апреля 2026 г.
автор: Вольфганг Эффенбергер

Пока Конгресс США спорит о пошлинах, а европейские парламенты обсуждают свои бюджеты, 128 человек встречаются в отеле Salamander на Потомаке. Никаких протоколов, никакого допуска прессы, никаких отчётов о деятельности. Только сжатое коммюнике с перечнем тем — и уверенность, что здесь ничего не оставлено на волю случая.

Это 72-я Бильдербергская встреча. И это первая встреча, которая проходит не в июне, а в апреле — в разгар политического сезона, сразу после шоковых пошлин Трампа и параллельно с кризисными переговорами НАТО о возможном выходе США из альянса.

57 из 128 участников были годом ранее в Стокгольме. Почти половина. Среди них генеральный секретарь НАТО, глава Google DeepMind, генеральный директор Palantir, министр иностранных дел Польши, президент Финляндии, исполнительный директор Международного энергетического агентства — и впервые за много лет Карл-Теодор цу Гуттенберг.

Тот, кто знает эти имена и понимает, что было решено, основано и превращено в законы между Стокгольмом и Вашингтоном, невольно задаётся вопросом: Бильдерберг — это дискуссионная площадка или место, где утверждаются решения, уже принятые в другом месте?

Ответ кроется не в тайне. Он кроется в скорости.

Преемственность — кто всегда присутствует и почему

57 из 128 участников были уже в 2025 году в Стокгольме. Это основной состав. У Бильдерберга нет списка членов, нет устава, нет демократической легитимности. У него есть нечто более эффективное: руководящая группа, которая решает, кого приглашать. А кого приглашают дважды, тот принадлежит к ядру.

В Вашингтоне это ядро хорошо заметно. Марк Рютте, генеральный секретарь НАТО, присутствовал и в 2025, и в 2026 году — хотя, а может быть, именно потому что угроза Трампа выйти из НАТО привела альянс к тяжелейшему кризису со времён основания. Также Сэмюэл Папаро, главнокомандующий Индо-Тихоокеанским командованием США — отвечающий именно за тот сценарий, который вынес Китай в отдельный пункт повестки. Радослав Сикорский, министр иностранных дел Польши, оба года. Александр Стубб, президент Финляндии, оба года. Йенс Столтенберг, после НАТО ставший министром финансов Норвегии, оба года.

В экономической сфере: Генри Кравис, сооснователь KKR, крупнейшего в мире фонда прямых инвестиций — оба года. Надия Кальвиньо, президент Европейского инвестиционного банка — оба года. Жозе Мануэл Баррозу, ныне работающий в Goldman Sachs International — оба года. Валери Бодсон, генеральный директор Amundi, крупнейшей управляющей компании Европы — оба года.

Кроме того, элита СМИ: Занни Минтон Беддоуз из The Economist, Джон Миклтуэйт из Bloomberg, Гидеон Рахман из Financial Times, Фарид Закария из CNN — все присутствовали оба года. Те, кто контролирует интерпретацию того, что общественность узнаёт о войне, экономике и мировом порядке, сидят за одним столом.

Это не заговор. Это управление сетью на высшем уровне — с той решающей разницей, что оно происходит без участия общественности.

Сравнение участников (2)

	2025 Стокгольм	2026 Вашингтон
Всего	121	128
Повторно	57	57
Повторные участники по секторам		Количество
Экономика / Промышленность		18
Политика		9
Технологии / ИИ		8
Финансы / Инвестиции		8
Энергетика		5
Военные / Безопасность		4
СМИ / Журналистика		4
Аналитические центры / Наука		1

Повторные участники по странам	Количество
США	18
Франция	6
Великобритания	5
Международные организации	5
Германия	4
Нидерланды	2
Швеция	2
Норвегия	2

Таким образом, одна и та же «постоянная аудитория» (верхушка НАТО, верхушка ЕС, крупные игроки в сфере ИИ и ВПК, глобальные банки, представители СМИ) присутствует оба года.

Смещение повестки: от диагностики угроз (2025)
к оперативному планированию (2026)

Новое: Будущее войны, Безопасность в Арктике, Китай, Цифровые финансы

Сравнивая повестки 2025 и 2026 годов, можно заметить сдвиг, который говорит больше, чем любое коммюнике:

В 2025 году в Стокгольме основными темами были Трансатлантические отношения, Ось авторитаризма, ИИ, Сдерживание и национальная безопасность, Оборонные инновации и устойчивость.
В 2026 году в Вашингтоне речь идёт о Будущем войны, Трансатлантических оборонно-промышленных отношениях, Безопасности в Арктике, Цифровых финансах, Глобальной торговле. Язык изменился. Здесь уже не диагностировали, а раздавали рабочие поручения.

Термин «Ось авторитаризма» — тот собирательный термин, который объединял Россию, Китай, Иран и Северную Корею в ось зла — исчез. Вместо него Россия и Китай фигурируют как самостоятельные пункты. Это звучит как стремление к трезвости, но на самом деле всё наоборот: тот, кто вырывает противника из моральных рамок и рассматривает его как отдельную стратегическую проблему, готовит конкретные варианты действий, а не риторику.

Название «Безопасность в Арктике» — новое, и это тоже не случайно. Гренландия, Северо-Восточный проход, ресурсы под тающим льдом: это поля сражений следующего десятилетия. То, что Дональд Трамп в тот же период хотел объявить Гренландию территорией США, придаёт этому пункту повестки его реально-политический контекст.

Под собирательным термином «Запад» — наконец, сформулированным как философский пункт, но имеющим вполне осязаемое значение: что останется от Запада, если Америка будет наказывать своих союзников пошлинами и рассматривать членство в НАТО как разменную монету?

Несмотря на тлеющий иранский кризис, тема «Распространение» — распространение ядерного оружия — была опущена, хотя иранский кризис продолжает тлеть.
Были исключены демографические темы, такие как «Де Population и миграция».
Вместо них появились новые ключевые темы:

«Будущее войны» — более прямое и открытое, чем старое «Оборонные инновации».
«Безопасность в Арктике» — новое и показательное для конфликта вокруг Гренландии.

Неизменными остались: Украина, Европа, Ближний Восток и энергетика.

Ключевой сдвиг по сравнению с 2025 годом

В 2025 году повестка всё ещё была сформулирована в рамках угрозы — безопасность, сдерживание, оси. В 2026 году она стала операционной: будущее войны, трансатлантическая оборонная промышленность, цифровые деньги, арктические ресурсы. Сеть больше не занимается диагностикой — она работает над решениями, которые сама же и реализует.

ИИ играл значительную роль, прежде всего в областях, которые фактически подпадают под концепцию «Омнивойны» (Всеобъемлющей войны). Это также подчёркивалось количеством представителей сферы ИИ и, вероятно, связано с новым командованием армии США «Трансформация и обучение».

T2COM и FUZE/FUZE — как Кремниевая долина и поле боя сливаются воедино

2 октября 2025 года — между встречами Бильдерберга в Стокгольме и Вашингтоне — в США было активировано новое военное командование:
«Командование трансформации и обучения Армии США» (T2COM)
со штаб-квартирой в Остине, штат Техас. Оно насчитывает 350 000 человек и объединяет под одной крышей подготовку, доктрину, закупки вооружений и концепции будущего. (3)

T2COM: От видения к победе

В T2COM происходит слияние созданного в 1973 году в ответ на поражение во Вьетнаме «Командования обучения и доктрины» (TRADOC) и «Командования будущего армии» (AFC) в единый орган, который объединяет доктрину, подготовку, закупки вооружений и концепции будущего. 350 000 человек, три подчинённых крупных командования — включая активированное в феврале 2026 года «Командование будущего и концепций», отвечающее за концепцию ведения войны на период 2030–2040 годов.

Архитектором этой реструктуризации является Дэниел П. Дрисколл, министр армии США — и участник Бильдерберга 2026 года.

Министр армии Дэниел П. Дрисколл — политический архитектор T2COM. Здесь напрашивается аналогия с заместителем министра обороны Полом Вулфовицем, который начиная с 1992 года разрабатывал руководящие принципы оборонного планирования, зафиксированные в документе TRADOC 525-5 «Force XXI Operations: A Concept for the Evolution of Full-Dimensional Operations for the Strategic Army of the Early Twenty-First Century».

Итак, именно между двумя встречами Бильдерберга в Стокгольме и Вашингтоне были объединены TRADOC и AFC. Этот шаг был мотивирован как внутри-, так и внешнеполитическими соображениями и, как и в 1973 году, призван учесть растущую напряжённость в США на фоне проигранной (гипотетической) войны на Украине.

Ключевое послание Дрисколла, сформулированное ещё в октябре 2025 года на выставке/конференции Ассоциации армии США в Вашингтоне, где встречаются военные, промышленность и политики: (4)
«Наши противники используют ИИ, робототехнику и автономные системы, чтобы изменить ведение войны. Если мы не будем действовать быстро и не будем инновационными, мы рискуем отстать».

За шесть недель до удара по Ирану, 9 января 2026 года, министр обороны США подписал меморандум под названием «Стратегия искусственного интеллекта Военного департамента». (5)

Всего за две недели до встречи Бильдерберга в Вашингтоне, 26 марта 2026 года, Дрисколл посетил «Киберкомандование армии», где ему были продемонстрированы наступательные операции с поддержкой ИИ и связка дронов с киберсредствами — именно те темы, которые затем стояли на повестке дня в Вашингтоне. (6)

В документе Пентагона «Стратегия искусственного интеллекта для Военного департамента» от января 2026 года — то есть за три месяца до Бильдерберга — прямо упоминаются такие программы, как Swarm Forge (ИИ-управляемые дроны-рои), Agent Network (принятие решений на основе ИИ в цепочке поражения) и Ender's Foundry (ИИ-симуляция войны). Эти концепции нуждаются в гражданских технологических партнёрах. (7)

Министр армии и участник Бильдерберга Дэниел Дрисколл внедрил механизм венчурного капитала FUZE, который позволяет заключать контракты со стартапами, такими как Anduril (Шимпф), Palantir (Карп) и Anthropic (Кларк), за 70 дней без парламентского контроля.

Названия двух стартапов заимствованы из «Властелина колец»:

«Андурил» — это прежде всего имя меча Арагорна во «Властелине колец» и на языке эльфов квенья означает «Западное сияние» или ассоциируется с прозвищем «Пламя Запада» (8)
«Палантир» — это «видящие камни».

Новое «Командование трансформации и обучения армии» выступает в качестве институциональной рамки для гражданско-военного слияния:

Новое «Командование трансформации и обучения армии» служит институциональной основой гражданско-военного синтеза.

Решающий механизм: Гражданско-военное слияние

Дрисколл пришёл не из армии. Он пришёл из венчурного капитала, был генеральным директором фонда Flex Capital с капиталом 200 миллионов долларов. И именно это он привносит в Пентагон: в сентябре 2025 года он запустил FUZE — модель закупок вооружений, которая переносит принцип венчурного капитала Кремниевой долины непосредственно в военную машину.

750 миллионов долларов ежегодно с тех пор поступают в систему, которая выявляет стартапы, заключает с ними контракты в течение 60–70 дней и доводит их прототипы до солдат в считанные недели. Никакой обычной процедуры тендеров, никаких многолетних циклов разработки, никакого парламентского сопровождения. Сам Дрисколл назвал это «моделью финансирования от колыбели до могилы» — от идеи до оружия, полностью профинансированное, как стартап на пути к IPO.

Первый конкурс был проведён в сотрудничестве с Y Combinator — тем самым акселератором стартапов из Кремниевой долины, который, среди прочего, вырастил Airbnb и Dropbox. Теперь настала очередь дронов-роёв и радиоэлектронной борьбы.

Бенефициары находятся в Вашингтоне на встрече Бильдерберга:

Брайан Шимпф, сооснователь и генеральный директор Anduril Industries — уже получивший многомиллиардные контракты от армии США.
Алекс Карп, генеральный директор Palantir — контракт на корпоративные услуги с армией США.
Джек Кларк, сооснователь Anthropic — модели ИИ для военных процессов принятия решений.
Эрик Шмидт, бывший глава Google, ныне Relativity Space.

В документе Пентагона «Стратегия искусственного интеллекта для Военного департамента» от января 2026 года — за три месяца до Бильдерберга — программы называются поимённо: Swarm Forge для ИИ-управляемых дронов-роёв, Agent Network для принятия решений на основе ИИ в цепочке поражения, Ender's Foundry для ИИ-симуляции войны. Этим программам нужны гражданские партнёры. Гражданские партнёры сидят в Вашингтоне.

Граница между Кремниевой долиной и полем боя существует пока юридически, но практически — уже нет.

Именно здесь кроется суть «Омнивойны»: T2COM с помощью модели FUZE внедрил подход венчурного капитала к закупкам вооружений — нетрадиционные оборонные компании должны поставлять продукцию быстрее, чем классические концерны.
Участники Бильдерберга Брайан Шимпф (Anduril), Алекс Карп (Palantir), Джек Кларк (Anthropic) и Эрик Шмидт — именно те самые «нетрадиционные оборонные подрядчики», которых имеет в виду Дрисколл. Они сидят не случайно за одним столом с Дрисколлом в Вашингтоне.

T2COM — это институциональная рамка, которая объясняет, почему на Бильдерберге 2026 года было так много представителей сферы ИИ: речь идёт не об абстрактных технологических дебатах, а о распределении конкретных заказов и согласовании доктрины с промышленностью — на форуме, который не ведёт протоколов. Это и есть «Омнивойна» на практике: граница между Кремниевой долиной и полем боя разрушается в Вашингтоне до того, как парламент узнает об этом.

FUZE — официально Army FUZE — это модель закупок вооружений, внедрённая Дэниелом Дрисколлом в сентябре 2025 года, которая переносит принцип венчурного капитала Кремниевой долины непосредственно в Пентагон. Дрисколл сам пришёл из мира венчурного капитала, он был генеральным директором фонда Flex Capital с капиталом 200 миллионов долларов.

Вместо классического цикла закупок продолжительностью 12–18 месяцев или многолетних крупных контрактов с устоявшимися оборонными концернами FUZE должна с помощью стартапов сделать первые прототипы доступными для солдат в течение нескольких недель.

Для этого FUZE объединяет четыре существующие программы финансирования под одной крышей:

Программа	Функция
xTech	Конкурсы питчей («Акулий танк для ОПК»), вход для новичков
SBIR/STTR	Государственные средства для малого бизнеса без отчуждения акций
TMI	Доведение и войсковые испытания прототипов для полевого применения
ManTech	Масштабирование успешных технологий до массового производства

Объём: 750 миллионов долларов ежегодно — с объявленным увеличением. Первая партнёрская программа совместно с Y Combinator, самым известным акселератором стартапов в Кремниевой долине.

FUZE сознательно порывает со старой моделью крупных оборонных концернов. Дрисколл прямо заявил, что будет считать успехом, если за время его пребывания в должности какой-либо оборонный концерн обанкротится.

Вместо этого деньги текут напрямую к тем компаниям, которые также присутствовали в Вашингтоне на Бильдерберге:

Palantir(Алекс Карп)
Anduril(Брайан Шимпф)
Anthropic(Джек Кларк)

FUZE, таким образом, является институциональным механизмом, который разрушает границу между венчурным капиталом, Кремниевой долиной и ведением войны — с сознательно заниженным порогом входа для компаний, которые никогда раньше не сотрудничали с военными.

Сооснователь Palantir Александр К. Карп и Николас В. Замиска (ответственный за коммуникации и стратегию в Palantir) представили своего рода манифест Palantir в своей книге «Технологическая республика: Жёсткая сила, мягкое убеждение и будущее Запада». В ней они утверждают, что эпоха ядерного оружия как основы сдерживания подходит к концу и начинается новая эра сдерживания на основе ИИ. (9)

Книга сознательно задумана как политико-стратегический манифест: она объединяет геополитический анализ, критику культуры и программное видение «технологической республики». (10)

Технологическое и экономическое превосходство — такова их теза — в значительной степени зависит от того, готова ли элита противостоять мейнстриму и развивать спорные технологии (особенно приближенные к военным ИИ). (11)

В то время как сторонники хвалят чёткое обозначение стратегических рисков (гонка ИИ-вооружений, геополитические соперники, перегруженная бюрократия и краткосрочность рынков), критики видят массовый конфликт интересов, поскольку Palantir напрямую выигрывает от государственных заказов в сфере безопасности и обороны. (12) Спорным является также понимание демократии и свободы: сильный акцент на разведслужбах, военных и «жёсткой силе» ставит вопрос о том, как должны обеспечиваться прозрачный контроль, гражданские права и защита от злоупотреблений. (13)

«Омнивойна» не как теория, а как руководство по закупкам.

Что означает FUZE в своей конечной последовательности: война больше не ведётся только государствами, а цепочкой инвестиций — от питча стартапа через венчурный фонд до цепочки поражения — и всё это за 70 дней, без какого-либо парламента, который успел бы задать хоть один вопрос.

Термин «двойного назначения» прямо фигурирует в документах FUZE. Это означает: технологии, которые сегодня продаются в гражданской сфере, завтра могут оказаться на поле боя — и наоборот.

Бильдерберг 2026 года в этом свете был не дискуссионной площадкой. Он был согласительным совещанием между архитекторами этой системы: заказчиком (Дрисколл), подрядчиками (Карп, Шимпф, Кларк, Шмидт) и политическими гарантами (Рютте, Сикорский, Стубб).

Всё без протоколов. Всё добровольно. Всё законно.

Гуттенберг и немецкий вопрос

Впервые за долгое время на Бильдерберге: Карл-Теодор цу Гуттенберг, бывший министр обороны Германии, ушедший в отставку в 2011 году из-за плагиата, с тех пор обосновавшийся в Нью-Йорке и Вашингтоне в качестве главы Spitzberg Partners — консалтинговой и инвестиционной фирмы в трансатлантической сфере вооружений и технологий. Трансатлантический сетевик с происхождением из ХСС и базой в Вашингтоне.

Гуттенберг последний раз был на Бильдерберге много лет назад. Теперь он снова здесь — в Вашингтоне, в апреле 2026 года, в то время как Фридрих Мерц с исторически минимальным перевесом в девять голосов удерживает канцлерство, а немецкие расходы на вооружение достигают рекордного уровня.

22 ноября 2019 года Вольфганг Эффенбергер написал в WORLD ECONOMY под заголовком «Война США против конкурента Китая»:

«Для „глубинного государства“ в США, похоже, скользкий отличник Гуттенберг является подходящим человеком, чтобы привести Германию к войне в соответствии с указаниями США и продать эту войну населению как „борьбу со злом“. Тогда Германия снова оказалась бы в роли виноватой».

В 2019 году Гуттенберг был в значительной степени забыт общественностью. Семь лет спустя он сидит в Вашингтоне на встрече Бильдерберга, в то время как в повестке дня стоят: «Трансатлантические оборонно-промышленные отношения, Будущее войны, Китай». Моральное обрамление — борьба со злом — в 2025 году ещё велось под термином «Ось авторитаризма». В 2026 году оно разбито на составные части и операционализировано.

Три вещи изменились с 2019 года, придающие дополнительный вес высказываниям в статье 2019 года:

Китай теперь явно присутствует в повестке Бильдерберга— впервые как самостоятельный пункт.
Рамки «борьбы со злом» уже подготовлены— пунктами повестки «Запад» и «Ось авторитаризма» (2025) было создано моральное повествование, которое уже было описано в статье 2019 года.
Гуттенберг сегодня уже не политик, а трансатлантический сетевик с прямым доступом к Вашингтону и Берлину.

Поэтому его приглашение объясняется прежде всего его функцией: он один из немногих немцев, который одновременно глубоко укоренён в американском истеблишменте и пользуется уважением в немецком мире ХДС/ХСС.

Три возможные роли на Бильдерберге

Трансатлантический переводчик
Гуттенберг понимает обе стороны — это делает его ценным в год, когда отношения США-Европа при Трампе значительно осложнены. Пункты повестки «Трансатлантические оборонно-промышленные отношения» и «Запад» — его родная стихия.
Инвестор в вооружения и технологии
Spitzberg Partnersработает в сфере двойного назначения. В контексте FUZE — когда Кремниевая долина встречается с военной промышленностью — человек с политическим капиталом в Германии и сетью венчурных связей в Америке является ценным связующим звеном.
Политический «подменный»
Мерц является канцлером с мая 2025 года, но начал со слабым перевесом всего в девять голосов во втором туре — исторический беспрецедентный случай. Коалиция с СДПГ хрупкая. Очередные федеральные выборы должны состояться в 2029 году.
Гуттенберг неоднократно исключал возможность возвращения в политику — последний раз в 2022 году в интервью Stern. Но такие заявления имеют в политической истории известный период полураспада.
Профиль Гуттенберга подходит как никогда — трансатлантические связи, медийность, ореол павшего героя, заслуживающего второго шанса.

Гуттенберг — человек с трансатлантическим капиталом, происхождением из ХДС, сетью в Вашингтоне и приглашением на Бильдерберг — вскоре после исторически слабого старта канцлерства Мерца. Бильдерберг не приглашает туристов. Таким образом, его, вероятно, держат в уме как опцию — не как назначенного преемника, но как того, кому сигнализируют, что дверь ещё открыта, когда придёт время. Это и есть классическая функция Бильдерберга: никаких решений, но подготовка возможностей.

Ключевой тезис

Реальная власть кроется в скорости. Тот, кто быстрее парламента на 70 дней, не нуждается в заговоре.

Списки участников Бильдербергской встречи являются открытыми, повестки дня доступны, имена известны. И всё же почти никто ничего не замечает.

Пока парламенты обсуждают, общественность дискутирует, а выборы сменяют одно правительство другим, раз в год собирается круг из 120–150 человек, которые ни перед кем не отчитываются — и координирует то, что будет дальше. FUZE заключает контракт с оборонным стартапом за 70 дней. T2COM разрабатывает концепцию ведения войны на 2030–2040 годы. Бильдерберг согласовывает позиции участников до того, как общественность узнает вопросы.

Это не заговор, это архитектура.

Во всё ещё действующем стратегическом документе США 525-3-1 «Win in a Complex World 2020-2040» от сентября 2014 года прямо утверждается, что армия США должна действовать одновременно во всех областях — на суше, в воздухе, на море, в киберпространстве, космосе и информационном пространстве. Перед лицом усилившихся противников, таких как Россия, Китай и теперь также Иран, теперь необходимо действовать последовательно.

Хотя TRADOC 525-3-1 по-прежнему остаётся важным эталонным, из-за уже установленного многодоменного трансформирования и планирования Army-2030 он фактически больше не может быть реализован один к одному в той последовательности и глубине, которые были набросаны в 2014 году. Старая цель — ограничить свободу действий таких противников, как Россия или Китай, настолько, чтобы они либо подчинились, либо потерпели поражение в возможной войне — ещё не оставлена. Доктрина постоянного оказания давления, которая не имеет ничего общего с классической обороной, активно оспаривается странами БРИКС и Глобального Юга. Эти государства стремятся к многополярному мирному порядку. (14)

Таким образом, стратегия США должна быть скорректирована.

Вскоре в издательстве etica-Verlag выйдут книги Вольфганга Эффенбергера «От войны к мировому порядку. Речи и эссе о войне, мире и геополитике 2009-2026» (с предисловием профессора, доктора Михаэля Мейена), а также «Стратегия неизбежности. Трансформация и технократия. Холодный дух войны» (с предисловием профессора магистра, доктора Германа Мюклера).

Вольфганг Эффенбергер, 1946 года рождения, будучи гауптманом пионерных войск бундесвера, получил глубокое представление о подготавливаемом США «атомном поле боя» в Европе. После двенадцати лет службы изучал в Мюнхене политологию, а также высшее педагогическое образование (строительное дело/математика) и преподавал до 2000 года в технической школе строительной отрасли. С тех пор публикует работы по новейшей немецкой истории и геополитике США. Последние опубликованные им книги: «Чёрная книга ЕС и НАТО» (2020) и «Недооценённая власть» (2022).

Примечания и источники